06/01/20
Штурм Грозного 31 декабря 1994 года: что пошло не так

Для многих россиян 31 декабря – день, когда нужно докупить и упаковать подарки, успеть нарезать салаты и обязательно обсудить, почему это не выходной, хоть и приходится на будни. За всей новогодней суетой практически всегда забывается, что 31 декабря – одна из самых трагичных дат в истории России. Именно в этот день в 1994 году начался штурм Грозного, вместо лёгкой прогулки для армии обернувшийся кровавой бойней, в которой погибли сотни солдат и тысячи мирных жителей.

Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь

К 1994 году Россия буквально исстрадалась от действий боевиков в Чечне и приграничных с республикой регионах. Террористы нападали на поезда, следовавшие по Северо-Кавказской железной дороге, при этом не чураясь убийств; перепродавали за рубеж нефть, за которую и так не платили федеральным властям; изготавливали фальшивые авизо и, естественно, промышляли похищениями людей. Ущерб, нанесённый государству за четыре года фактической независимости Чечни, исчислялся триллионами рублей. И, что самое страшное, — сотнями человеческих жизней.

Непрекращающееся кровопролитие, согласно выдвинутому президентом РФ Борисом Ельциным ультиматуму, вынудило Москву пойти на крайние меры. 30 ноября глава государства поручил разработать план ликвидации вооружённых формирований на территории Чечни, и в начале декабря он был в основном готов. Уже 11 числа началось выдвижение войск к границе республики.

План был прост: четыре группировки войск – «Север», «Северо-Восток», «Запад» и «Восток» — должны были войти в Грозный каждая по своему направлению, захватить важные объекты и блокировать отведённые им районы города. Предполагалось, что в результате основная часть боевиков под руководством Джохара Дудаева благодаря неожиданному удару будет окружена в центре, при этом федеральные вооружённые силы понесут минимальные потери и исключат вероятность разрушений в жилых кварталах.

Уверенность в собственных расчётах у российского военного руководства, видимо, была колоссальная: по некоторым свидетельствам, перед выходом солдатам даже дали наставления – не ломать лавочки и стрелять только в крайнем случае. Однако лёгкой прогулки не вышло. «Новогодний штурм» Грозного растянулся более чем на два месяца и стал для армии настоящим кошмаром: на первый взгляд слабо организованные боевики не просто застали её врасплох, но и нанесли ощутимые потери. Со стороны России погибло 1426 солдата, 4630 были ранены. Общие потери составили около 35 тысяч жертв, в том числе 27 тысяч мирных жителей.

Входят и выходят

Штурм не задался с самого начала. Его дата – 31 декабря – для командиров оказалась неожиданной. И совсем не потому, что не хотелось портить праздник – просто не все части были полностью укомплектованы, во многих из них не удалось осуществить боевое слаживание. Военные просили ещё минимум две недели, чтобы привести подразделения в полную боеготовность, но решение об ударе было принято на самом верху – по одной из версий, министр обороны РФ Павел Грачёв хотел, чтобы Грозный был взят к 1 января – его дню рождения. Такая спешка и общая недооценка противника в итоге сыграли с войсками злую шутку.

Группировки «Восток» и «Запад» не смогли выполнить поставленные перед ними задачи. Отряды первой почти сразу попали в засаду и не смогли ничего противопоставить противнику из-за плохой координации между соединениями и проблемами со связью. Огонь боевиков привёл к панике, и основные силы группировки, и без того передвигавшиеся длинной колонной без достаточного боевого прикрытия, оказались рассеяны. Усугубило ситуацию и то, что на выручку частям не пришли, как предполагалось планом, подразделения внутренних войск МВД. В итоге «Востоку» не осталось ничего кроме как отступить – впрочем, и это сделать правильно не удалось.

«Из Грозного мы снова уходили колонной. Шли змейкой. Я не знаю, где, какое было командование. Никто не ставил задачи. Мы просто кружили по Грозному. Мы вышли 1-го января. Был какой-то хаотический сбор отчаявшихся людей», - вспоминал военный репортёр Виталий Носков.

Не лучше обстояли дела у «Запада». По пути к Президентскому дворцу в центре города колонна была атакована боевиками, из-за чего группировке пришлось перейти в оборону. Наступательный план был сорван, хотя, возможно, этого не произошло бы, если бы не медленное выдвижение частей, предназначенных для усиления группировки.

Наиболее драматичные события «Новогоднего штурма» связаны с группировкой «Север». Отряды вошли в Грозный утром и заняли позиции на окраине, как и предполагалось планом. Подразделения уже было приступили к оборудованию района обороны, как ими был получен приказ идти к вокзалу, который изначально должен был занять «Запад».

Откуда пришёл приказ – так и не ясно. Судя по всему, командование, располагавшееся в Моздоке, торопило группировку, желая продвинуть войска вглубь города как можно быстрее. Однако бывший начальником штаба объединённой группировки войск генерал Леонтий Шевцов позднее отрицал это обстоятельство. А по свидетельствам генерала Геннадия Трошева, «северяне» вообще оказались на ж/д станции случайно – просто пропустили поворот, заблудившись в городе.

Как бы то ни было, группировка обосновалась на вокзале, при этом, по некоторым воспоминаниям, не позаботившись об организации обороны и рассредоточении подразделений. Также утверждается, что по маршруту движения «Севера» не были выставлены блокпосты, а техника группировки не была укрыта. Всё это позволило боевикам скрытно подобраться к войскам и с наступлением темноты внезапно атаковать.

В результате ожесточённых боёв 131-я Майкопская бригада и 81-й мотострелковый полк, входившие в состав «Севера», за ночь были полностью разгромлены, техника – сожжена. А попытки командования разблокировать оставшиеся силы обернулись лишь новыми потерями.

Единственной группировкой, которой удалось закрепиться в Грозном, оказалась группировка «Северо-восток» под командованием генерала-лейтенанта Льва Рохлина. Его отряды заняли больничный комплекс на площади Орджоникидзе и консервный завод и дальше двигаться не стали, несмотря на недовольство министра обороны. Именно осторожные и выверенные действия командира, который не забывал о блокпостах и предпринимал грамотные действия, позволили избежать потерь. Не удивительно, что как раз группа генерала Рохлина после двухмесячных боёв взяла город.

Готовьте карты заранее

Почему же атака вроде бы профессиональной армии захлебнулась под отпором вооружённых головорезов? Ключевым фактором, вероятно, оказалась спешка, с которой был начат штурм. Будь у войск лишнее время, чтобы наладить взаимодействие и получить необходимое оборудование, потери, возможно, были бы существенно меньше. Связь между группировками оставляла желать лучшего – и это не просто мешало координации, но даже приводило к «дружественному огню».

Операция готовилась наспех и, судя по всему, без реальной оценки сил и расстановки противника. Что говорить, если в распоряжении командиров были только карты Грозного мелкого масштаба 70-80-х годов производства. Они попросту устарели, особенно после волны переименований, которой сопровождался период формальной независимости Чечни, и, кроме того, не учитывали целые районы, появившиеся в городе за десятилетия. Как итог, многие названия улиц военные были вынуждены записывать «на ходу» и часто – блуждать в неизвестных частях города.

Зашкаливал и процент неисправной техники. Генерал Рохлин рассказывал, что официально процент брака составлял 20 процентов, но на деле мог доходить до 36 и даже 60 процентов в зависимости от вида вооружения и его источника. Не выдерживала критики и подготовка личного состава: из 56 командиров взводов разгромленного 81-го мотострелкового полка, 49 были выпускниками гражданских вузов, призванными на два года. А рядовой состав более чем наполовину состоял из «молодых» солдат, пришедших прямо из «учебок».

Такая армия, очевидно, не могла, да и, возможно, не собиралась нанести сокрушительный и мгновенный удар боевикам – мотивированным, ориентированным и закалённым в партизанских боях.