12/09/20
Почему из-за боёв за Даманский так и не началась война

Провокация на границе как повод для развязывания войны стара как мир. Множество конфликтов от локального до мирового масштаба обязаны своим началом умелой (а порой и не очень) провокацией одной из сторон, как правило  заинтересованной либо в самой войне, либо в статусе жертвы агрессии более сильного соседа. Подобные операции готовятся в обстановке особой секретности, поэтому иногда бывает сложно определить, какая версия событий соответствует действительности, а какая является измышлениями конспирологов. Свои трудности в поиски истины вносит и то, что у каждой из сторон конфликта своя правда. Одни страны превозносят доблесть своих солдат, другие — смакуют вероломство противника, а третьи же предпочитают вообще отрицать факт конфликта.

Casus belli

Всем известно, что формальным поводом для начала Первой мировой войны (или Великой войны, как окрестили ее современники) стало убийство в Сараево. От руки сербского националиста Гаврилы Принципа погиб так и не состоявшийся наследник Австро-Венгрии, эрцгерцог Франц Фердинанд. Это событие было умело использовано сторонниками силового решения конфликта и ровно через месяц в Европе вспыхнула война. Споры о том, кто же действительно несет ответственность за организацию этого, как сказали бы сейчас, теракта, не утихают и по сей день. Но  ясно одно: убивать наследника ради начала войны никто не планировал.

Совершенно иначе обстоят дела с началом Второй мировой войны. Нацисты со всей немецкой основательностью подошли к разработке и воплощению в жизнь операции «Гиммлер», ставшей одной из самых известных провокаций «под чужим флагом». Перед непосредственным началом операции немецкое общество в течение нескольких месяцев подогревалось агрессивной антипольской пропагандой. Правительство Второй Речи Посполитой обвинялось в этнических чистках, а сами поляки — во врожденной германофобии.

31 августа 1939 года группа немецких солдат, владевших польским языком и переодетых в польскую же военную форму, совершили нападение на ряд немецких приграничных объектов: радиостанцию, таможенный пункт и лесничество. Акции сопровождались стрельбой, вандализмом, дабы произвести максимально пугающее впечатление на оказавшихся на месте свидетелей, которых связали и заперли в одном из подсобных помещений. На радиостанции в Глайвице провокаторы даже пустили в эфир воззвание к началу войны на польском языке, сопровождаемое выстрелами. А чтобы операция выглядела максимально правдоподобно, псевдополяки даже понесли «потери». В ходе операции с циничным названием «Консервы» на объекты были доставлены также переодетые в польскую форму заключенные концлагерей. Уже на месте им ввели смертельную инъекцию, а затем изрешетили тела пулями. Весть об атаке поляков, сопровождавшаяся пламенной речью Гитлера, возымела эффект. 1 сентября нацисты перешли польскую границу.

Подлинные обстоятельства тех событий были представлены широкой общественности лишь на Нюрнбергском процессе. Офицер СС Альфред Науйокс, руководивший одной из групп, раскрыл перед трибуналом все подробности операции «Гиммлер». Позже, уже в более непринужденной форме он изложил хронологию событий в книге мемуаров «Человек, который начал войну». Конечно, операция «Гиммлер» — далеко не единственный прецедент такого рода. Из-за провокаций начались Советско-финская война (артобстрел советской территории, до сих пор окутанный пеленой домыслов), а также война во Вьетнаме (не менее загадочная атака торпедных катеров на американский эсминец «Мэддокс»). Однако именно операция, проведенная в последний день лета 1939 года, до сих пор поражает многих как своей продуманностью и циничностью, так и разрушительными последствиями.

Русский с китайцем — братья навек

Однако история знает и провокации другого рода. Такие операции обычно проводятся не с целью начала войны, а носят политический характер и представляют собой нечто вроде «игры мускулов». На протяжении более десяти лет отношения Китая и СССР переживали не самые лучшие времена, а подобная демонстрация силы на границе стала нормой. Правда, одна такая провокация зашла слишком далеко и едва не стала началом одной из самых разрушительных войн в истории.

Декабрь 1949 года запомнился жителям СССР двумя действительно грандиозными событиями: 70-летним юбилеем советского вождя и долгожданным визитом в Москву вождя китайского. За предыдущие десятилетия русских и китайцев действительно связало множество совместных предприятий: грандиозные стройки в Синьцзяне, победа над японцами в Маньчжурии, помощь СССР в возвышении Мао как правителя Китая. Отношения двух социалистических гигантов процветали вплоть до 1956 года, когда пришедший к власти Хрущев решил сменить политический курс СССР. За развенчание культа личности Сталина, уступки Западу и прочие «грехи» Мао назвал Никиту Сергеевича «ревизионистом», в отношениях Китая и СССР началось значительное охлаждение. А первая строчка знаменитого гимна дружбы двух народов стала употребляться только в ироническом контексте.

Первые инциденты на советско-китайской границе стали возникать уже в самом начале 1960-х годов. В книге Лавренова и Попова «Советско-китайский раскол» приводится любопытная статистика. Так, за один только 1962 год на границе было зафиксировано более 5 тысяч нарушений, многие из которых носили откровенно провокационный характер. Территориальные аппетиты Китайской народной республики, тем временем, росли. Мао припомнил захват царской Россией значительных площадей «исконно китайской земли» и потребовал пересмотра старых договоров. Претендовал Кормчий не только на Дальний Восток, но и на часть Таджикистана, Киргизии и Казахстана. В 1964 году СССР наряду с США попал в список стратегических врагов Китая.

Пиком вялотекущего конфликта стала двухнедельная битва за остров Даманский в марте 1969 года. В течение некоторого времени до этого китайские крестьяне демонстративно пасли скот на советской территории, а хунвейбины нападали на патрули. Участник событий, пограничник Юрий Бабанский вспоминает, что иногда у русских с китайцами случались даже ожесточенные кулачные бои, но без применения оружия. Однако в ночь на 2 марта порядка 300 китайских военных перешли реку по льду и заняли остров. Их обнаружили советские пограничники и завязался ожесточенный бой, в ходе которого китайцы отступили. Далее солдаты Поднебесной предпринимали еще несколько попыток занять остров, на этот раз с помощью артиллерии. Даманский несколько раз переходил из рук в руки.

Советские пограничники несли потери, боеприпасы были на исходе, однако из центра поступали весьма невразумительные команды, большинство из которых сводилось к запрету привлекать к конфликту армию. Дескать, решайте своими силами. Но когда стало известно, что на границе находится многотысячная китайская армия, пограничники на свой страх и риск применили систему залпового огня «Град», уничтожившую основные силы КНР в этой районе. В итоге в битве за остров Даманский погибло 58 пограничников. Никаких достоверных данных о погибших со стороны Китая нет. Кстати, в 1991 году остров официально отошел к КНР.

Для многих кажется удивительным, что за столь кровавыми событиями не последовала война. А ведь непосредственные участники биты за остров Даманский не сомневались, что их застава находится в авангарде новой крупномасштабной бойни. Прецедент давал и Китаю, и СССР право на дальнейшие военные действия, в ходе которых можно было бы не только вернуть часть утраченных территорий, но по праву сильного занять новые. С другой стороны, страшно представить, каким бы стал полноценный вооруженный конфликт двух социалистических сверхдержав, которые обладали не только армиями численностью в несколько миллионов человек, но и атомным оружием. Вероятно поэтому, здравый смысл возобладал над принципами и уже в том же году обе страны сели за стол переговоров, положивших начало советско-китайской оттепели. А тема былых пограничных конфликтов как в России, так и в Китае сейчас вспоминается разве что в годовщину трагических событий.