План Дёница: как нацисты хотели объединиться с Англией и США в 1945 году

Некоторые представители германского командования, предчувствуя неизбежную гибель рейха, предприняли попытку заключить перемирие с англо-американской коалицией, чтобы использовать ее мощь в борьбе против Советского Союза. Подобные намерения вынашивались и в стане союзников СССР.

Прагматичное затягивание

В конце 1945 года американский генерал Джордж Маршалл в своем отчетном докладе «О победоносной войне в Европе и на Тихом океане» написал, что мир до сих пор не осознал на какой тонкой нитке висела судьба Объединенных Наций в 1942 году, при этом добавив, что позиция Соединенных Штатов того периода не делает американцам чести. Корделл Халл, занимавший в начале 1940-х пост госсекретаря США, комментируя слова Маршалла, признал: «Только героическое сопротивление Советского Союза спасло союзников от позорного сепаратного мира с Германией. Это сепаратное соглашение открыло бы дверь для следующей, 30-летней войны».

Насколько же союзники были близки к тому, чтобы за спиной у СССР заключить с Германией перемирие? Исследователи, занимавшиеся данной темой, утверждают, что такой вариант действительно был на карандаше у представителей союзного командования. По мнению доктора исторических наук Валентина Фалина, если до Сталинградской битвы союзники думали о том, как помочь СССР, чтобы ослабить мощь Германии, то после катастрофы немецких войск под Сталинградом на повестку встал другой вопрос. Теперь речь шла об опасности, которую могли представлять для Запада русские, насколько они далеко могли продвинуться вглубь Европы.

Великобритания и США отнюдь не торопились выполнять свой союзнический долг. Об этом британский премьер Уинстон Черчилль почти в открытую проинформировал Сталина в письме от 27 июня 1943 года, объясняя затягивание с открытием Второго фронта тем, что у западных союзников появились новые политические мотивы, согласно которым они будут действовать в своих интересах. Американский президент Франклин Рузвельт был более конкретен: в узком кругу посвященных он как-то заметил, что если Советы и дальше продолжат громить немцев, то Второй фронт может и не понадобиться. Было очевидно, что ставка союзников на истощение Германии и СССР провалилась, и они взяли временную паузу, чтобы скорректировать стратегию своего поведения.

20 августа 1943 года в канадском Квебеке состоялась встреча представителей американского и британского штабов, где было принято историческое решение о высадке союзников в Нормандии. План получил название «Оверлорд». Позднее на Тегеранской конференции в ноябре 1943-го Рузвельт и Черчилль проинформируют о нем Сталина.

Там же в Квебеке рассматривался и другой план – «Рэнкин». Его реализация предусматривалась в случае заметного ослабления сопротивления Германии. По замыслу военных, союзники должны были вступить в сговор с руководством рейха, чтобы повернуть все оставшиеся силы вермахта против наступающей Красной Армии. Сценарий плана «Рэнкин» предусматривал участие американо-британских частей, которые вместе с немецкими дивизиями должны были вытеснить русских из Восточной Европы.

Вопросы взаимодействия Берлина с одной стороны и Лондона и Вашингтона с другой рассматривались на уровне разведок еще летом 1943 года в испанском городе Сантандер. Германию на той встрече представлял начальник военной контрразведки, адмирал Вильгельм Канарис, Соединенные Штаты – руководитель Управления стратегических служб генерал Уильям Донован, Великобританию – генеральный директор Секретной разведывательной службы MI6 Стюарт Мензис. По словам присутствовавшего на встрече помощника Канариса, Юстуса фон Эйнема, стороны пришли к решению, что одним из условий перемирия и дальнейшего сотрудничества будет устранение Гитлера.

В надежде на чудо

Как мы знаем заговор немецких генералов против Гитлера (заговор 20 июля 1944 года), целью которого был государственный переворот, закончился неудачей. Но к этому времени союзники уже осуществили высадку в Нормандии: реализация плана «Рэнкин», по мнению союзного командования, потеряла свою актуальность. Тем не менее, отдельные представители германского руководства не оставляли надежды заключить мир с Лондоном и Вашингтоном.

Со смертью Гитлера отпали последние иллюзии относительно «войны до победного конца» и часть германской верхушки снова заговорила о перемирии. Не только с союзными войсками, но и РККА. Сдался даже Геббельс, направив главу Генштаба Ганса Кребса к штурмовавшему Берлин генералу Василию Чуйкову, просить мира. Однако в ответ Кребс услышал лишь предложение о безоговорочной капитуляции.

В тоже самое время с аналогичным предложением Гиммлер обратился к представителям британского и американского командования, однако и он получил отказ. Генералы армий союзников не сочли возможным пойти на переговоры с одним из самых одиозных нацистских лидеров. Черчилль писал Сталину, что «не может идти речи ни о чем меньшем, кроме как об одновременной безоговорочной капитуляции перед тремя главными державами».

После самоубийства Гитлера его формальным преемником стал главнокомандующий Кригсмарине Карл Дёниц. Такова была воля фюрера. Однако вопреки желанию Гитлера, Дёниц не стал продолжателем политики «война любой ценой». Заняв пост главы государства, он заявил, что вынужден воевать против англичан и американцев постольку, поскольку они препятствуют его борьбе с большевиками. Но попав под влияние германских промышленников и части военной элиты рейхспрезидент превратился в убежденного сторонника установления контактов с западными державами, при помощи которых он смог бы не допустить закрепления советских войск на германской территории.

Для этих целей Дёниц направил своих представителей к британскому фельдмаршалу Бернарду Монтгомери. Стороны должны были достигнуть соглашения о прекращении огня и последующей эвакуации гражданского населения Германии из зоны боевых действий. Отдельным пунктом переговоров стоял вопрос возможного сотрудничества Германии и западных стран в противостоянии СССР. Несмотря на то, что проблема советской угрозы была для союзников по-прежнему актуальна, немецкой делегации был дан от ворот поворот. А 7 мая в Реймсе был подписан предварительный протокол капитуляции воинских частей Германии перед представителями военного командования стран антигитлеровского блока.

Почему же миссия Дёница потерпела неудачу и союзное командование отвергло его предложение о едином фронте против СССР? На то имеются две причины. Одну изложил Верховный главнокомандующий экспедиционными силами Дуайт Эйзенхауэр в письме Рузвельту, где отметил, что Красная Армия намного превосходит своей мощью западные армии и в этой ситуации заключение сепаратного мира с Германией выглядит нецелесообразным. Вторая причина была связана с сильными антигерманскими настроениями, царившими весной 1945-го в Великобритании и США. Цивилизованное сообщество не простило бы командованию союзных войск откровенно предательский шаг.

Затея обречена

Тем не менее идея создания мощного фронта против стремительно наступающей «коммунистической России» никуда не исчезла. В апреле 1945 года Черчилль дает распоряжение Объединенному штабу планирования военного кабинета Великобритании подготовить наступательный и оборонительный планы возможной войны против Советского Союза. В историю эти планы вошли под кодовым названием «Operation Unthinkable («Операция Немыслимое»).

Наступательная часть военной кампании против СССР должна была начаться 1 июля 1945 года силами 47 английских, американских и канадских дивизий. При этом поверженная Германия, по замыслу Черчилля, выступала в роли союзника. Объединенное командование планировало использовать 10-12 немецких дивизий, которые находились нерасформированными в Шлезвиг-Гольштейне и в южной Дании. Кроме того, союзники рассчитывали привлечь к кампании промышленный потенциал и рабочую силу Германии.

По мнению историка Валентина Фалина, блестящее проведение Берлинской наступательной операции, которая продемонстрировала всю мощь Красной Армии, остудило пыл горячих голов в Лондоне и Вашингтоне и предотвратило возможную Третью мировую войну. Впрочем, американские военные тогда без особого энтузиазма восприняли планы Черчилля, так как все еще видели в лице СССР союзника, способного помочь довести войну против милитаристской Японии до победного конца.

На что могли рассчитывать союзники если бы все же рискнули воплотить «Немыслимое» в жизнь? На этот вопрос достаточно ясно ответили начальники штабов, разрабатывавших план операции. По их расчетам, союзники располагали в Европе 103 дивизиями, РККА могла собрать сухопутные силы эквивалентные 264-м союзническим дивизиям. В воздухе у СССР также было превосходство: 11 742 самолета против 8 798. Неоспоримое преимущество у американо-британской коалиции было лишь на море, однако исход противостояния двух сторон решался на суше.

Объединенный комитет пришел к выводу, что Вашингтону и Лондону нужно готовиться к затяжной войне с колоссальными материальными затратами и большим количеством жертв. Численный перевес РККА «делает крайне сомнительной возможность достижения ограниченного и быстрого военного успеха», – заключили начальники штабов. Кроме того, как утверждает профессор Эдинбургского университета Джон Эриксон, советское руководство знало о планах союзного командования: именно поэтому Жуков в июне 1945 года получил приказ перегруппировать силы в Восточной Европе, укрепить оборону и детально изучить дислокацию войск западных союзников.