Хабаровский процесс: как в СССР судили японских военных преступников

Среди пациентов этих японских спецотрядов 731 и 100, действовавших на территории Китая с начала 30-х годов, было 30% выходцев из России и СССР. Пациентов, на которых японцы проверяли воздействие биологического оружия, экспериментаторы презрительно называли «бревнами».

Как издевались над «марута»

Эксперименты над биологическим оружием были начаты японским микробиологом, генерал-лейтенантом Квантунской армии Сиро Исии в 1932 году. Именно Исии руководил «Отрядом 731». Советского плена военный преступник избежал, его во Второй мировой пленили американцы, они же и обеспечили Исии иммунитет от уголовного преследования. По данным историков, он умер в 1959 году в Японии от рака горла.

Помимо советских военнопленных, в «Отряде 731», расположенном в окрестностях Харбина, находились также плененные корейские и китайские военнослужащие. По данным известного японского адвоката Цучия Кокэна, в этом концлагере содержалось порядка 3 тысяч человек, из них несколько десятков – русские (выходцы из дореволюционной России или же советские военнопленные). На несчастных заключенных (в документации лагеря их называли «марута» — в переводе с японского – «бревна») проводили жестокие опыты и эксперименты, касающиеся жизнеспособности человека и связанные с разработкой бактериологического оружия. Проводились они без анестезии.

Кроме «Отряда 731» действовал «Отряд 100», где военнопленным прививали штаммы разных заболеваний. В обоих спецподразделениях разработка биологического оружия проводилась в целях его использования в войне с СССР и Китаем.

Приговор по делу

По архивным данным, «Отряд 731», «Отряд 100» и их филиалы действовали вплоть до августа 1945 года, до того времени, как советские войска приблизились к Харбину. Адвокат Цучия Кокэн, который сегодня занимается судебными исками по выплате Японией компенсаций родственникам умерших в результате использования биологического оружия, полагает, что за все время действия данных спецподразделений погибло не менее 10 тысяч человек.

В Харбинском процессе перед судом предстали 12 человек – 5 генералов Квантунской армии и 7 подсудимых чинами и званиями пониже. Меньше всех получил санитар филиала «Отряда 731» Нуримицу Кикути – 2 года исправительно-трудовых лагерей (ИТЛ). К различным срокам ИТЛ приговорили и остальных.

Самым титулованным среди осужденных был Отодзо Ямада, последний главком Квантунской армии, – ему вменили в вину то, что с его ведома и под его непосредственным руководством эти лаборатории действовали более 10 лет. Схожие обвинения были выдвинуты в отношении Рюдзи Кадзицуки, экс-руководителя сануправления Квантунской армии, – последний непосредственно руководил работами экспериментальных отрядов, в «Отряде 731» бывал лично и находился в курсе всех «исследований».

Как писали в своем документальном исследовании «Очерки истории чумы» российские историки Михаил и Надежда Супотницкие, обвинение двенадцати подследственным предъявлялось по четырем разделам – они обвинялись в том, что применяли бактериологическое оружие, испытывая его на живых людях, сбрасывали «чумные бомбы» на территорию Китая, готовили бактериологическую войну против Советского Союза. Отдельной графой шла «персональная ответственность обвиняемых».

После заключительного слова подсудимых и признания ими своей вины был оглашен приговор. Четверо военнопленных японских генералов, включая Ямаду, были приговорены к 25 годам заключения в советских ИТЛ. Остальным дали от двух до 20 лет исправительно-трудовых лагерей. Нуримицу Кикути вместе с другим санитаром «Отряда 731», Юдзи Курусима (его приговорили к 3 годам) оказались единственными, кто отсидел свои сроки в ивановском ИТЛ полностью. Остальные пробыли в заключении только 7 лет (причем сидели в довольно комфортабельных условиях), после чего в 1956 году были отправлены на родину.

... В Японии они никаким репрессиям не подвергались, напротив, многие из помилованных сделали у себя дома карьеру. Мемуаров, правда, о прошлой работе с «бревнами» никто из «экспериментаторов» не написал.