Каким солдатам вермахта лучше всего жилось в советском плену

В военные и послевоенные годы через лагеря советского Главного управления по делам военнопленных и интернированных прошло 2,7 млн солдат и офицеров вермахта. Условия жизни военнопленных, по мнению историков, были лучше, чем у большинства представителей населения СССР. Однако в лагерях ГУПВИ господствовал вечный, как мир, принцип «разделяй и властвуй». Некоторые пленные немцы пользовались особыми привилегиями – они занимали ведущие должности и снабжались «по первому разряду».

Офицеры и «нацменьшинства»

С самого начала войны на особом счету оказались попавшие в плен представители командного состава вермахта (за исключением младшего). По нормам советского «Положения о военнопленных» офицерам полагался более питательный паёк. Кроме того, им давали больше денег на приобретение предметов первой необходимости. Если рядовым бойцам выделялось на эти цели по 10 рублей, то старшему командному составу – по 25 рублей, а высшему – по 50 рублей. Впоследствии офицеров перевели в отдельные лагеря.

В исключительном положении оказался немецкий генералитет. Командующие армий и фронтов интересовали русских в первую очередь как носители ценной информации, а во вторую – как политические фигуры. Например, фельдмаршал Фридрих Паулюс и 44 генерала из его штаба были отправлены в специальный лагерь в суздальском Спасо-Евфимиевом монастыре. Для самого Паулюса, который провел там два месяца, была выделена отдельная меблированная комната. Впоследствии, когда Паулюс согласился на сотрудничество с коммунистами, его переместили на одну из государственных дач.

Кроме немцев из бывшей Веймарской республики, в вермахте служило немало солдат с территорий, аннексированных Германией уже при Гитлере. Речь идёт об уроженцах Австрии, Судетской области, Эльзас-Лотарингии, Люксембурга. В советских лагерях они также занимали привилегированное положение. Австрийцев, например, приравняли по статусу к военнопленным из стран-союзников Германии. В 1947 году их перевели в особые лагерные отделения, выделили им кожаную обувь, нательное бельё, полотенца. Кроме того, австрийцам полагалось мясо, рыба и жиры «без заменителей». Возможно, хорошее обращение с пленными сыграло свою роль в том, что Австрия после войны не вступила в НАТО, оставшись нейтральной страной.

Ударники и активисты

Для поощрения пленных к работе администрация лагерей прибегала к проверенному советскому способу — премированию «ударников». Немцы, занятые на тяжёлых физических работах и полностью выполнявшие нормы, получали по 1000 г хлеба в день. Также им полагалось на четверть больше других продуктов, чем прочим военнопленным. 11 декабря 1947 года вышел новый приказ, упразднивший для контингента ГУПВИ особые нормы продовольственного снабжения. Но взамен те, кто лучше работал, стали получать денежное поощрение, зависевшее от процента выработки. Суммы варьировались от 50 до 250 рублей – на эти деньги немцы могли покупать еду и вещи в лагерных ларьках.

Передовиков-«производственников» было достаточно много. Например, в IV квартале 1946 года больше 14 тысяч человек перевыполнили нормы на 200% и выше. Отдельные лица добивались результатов в 500% и даже 1000%. Для «ударников» устраивались конференции, участников которых премировали деньгами, обувью и зимней одеждой.

Наконец, на особом счету оказались слушатели «антифашистской» пропаганды в политических кружках. Для советской власти пропагандистская работа среди пленных была своего рода «заделом на будущее»: Сталину требовалась дружественная и «демократическая», т.е. социалистическая Германия.

Число «антифашистских активистов» особенно выросло в 1946 году, когда стали ясны политические контуры послевоенного устройства Европы. В этом году в указанную категорию были зачислены 25 670 человек по всем лагерям ГУПВИ. Получила массовое распространение практика снятия «реакционно настроенных» немцев с административных должностей и замена их «проверенными антифашистами». Впоследствии многие «активисты» из советских лагерей стали коммунистическими руководителями в независимой ГДР.